Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 76 страница

год на их существование, курсы вынуждены были искать для по­ полнения своего бюджета частные пожертвования.

Видя, что их мечта о женском образовании постепенно сбыва­ ется, Философова, Стасова и их коллеги решили, что курсы не должны погибнуть от недостатка финансовой поддержки. В 1878 г. они получили официальное разрешение на создание Об­ щества для доставления средств Высшим женским курсам. Оно объединило 1000 человек с исполнительным комитетом, состояв­ шим в основном из руководительниц феминистского движения и почетных членов, таких как, например, Софья Ковалевская. Ис­ полнительный комитет занимался организацией книжных ярма­ рок, лотерей, концертов в поддержку курсов; а для наиболее дос­ тойных студенток были выделены стипендии. В конечном счете

Высшие женские бестужевские курсы не давали дипломов о высшем образова­ нии. Да 1881 г. курс обучения составлял 3 года. - Прим. пер.

128

Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 76 страница - №1 - открытая онлайн библиотека

Общество настолько расширило сферу своей деятельности, что стало покровителем, патроном и крестным отцом «Бестужевских курсов»1. Аналогичные группы феминисток и филантропок взя­ ли под покровительство женские курсы в других городах. Какой бы прозаичной ни была на первый взгляд эта деятельность, она имела огромное значение для развития женской эмансипации в России. По сравнению с пренебрежительным отношением со сто­ роны правительства к женским университетам, эти комитеты и общества оказывали неоценимую поддержку тысячам женщин, которые в начале XX в. составят костяк женской интеллигенции.

60-х годов XIX в. и до настоящего времени русские женщины проявляли и проявляют сильную тягу к изучению медицины. С са­ мого начала медицина и радикализм были составляющими освобо­ дительного движения и часто конкурировали между собой в борьбе за внимание образованных женщин. Для нас, людей «Запада», кото­ рые никогда не разделяли взглядов сунь ят-сенов, ризалей, фанонов

гевар, эта связь может показаться странной. Однако в «отсталых» обществах, если мы применим этот термин к России XIX в., меди­ цинское образование и практика зачастую способствовали более глубокому проникновению в социальные, нежели клинические бо­ лезни. В России отношение к медицинской профессии породило такие противоречивые фигуры, как Пирогов, руководительницы суфражистского движения 1905-1917 гг., а также череда докторов, придерживавшихся радикальных взглядов, начиная с Сусловой, и заканчивая Федором Даном. В период наиболее активной револю­ ционной борьбы XIX в., многие из этих людей вынуждены были выбирать между врачебной практикой и полноценной революцион­ ной деятельностью> так как изначальным импульсом, заставившим их посвятить свою жизнь медицине, было служение народу.


Прочитайте также: