Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 73 страница


123

Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 73 страница - №1 - открытая онлайн библиотека

держательной, по сравнению с образом жизни тех женщин, кото­ рые, действуя в подполье, ежедневно рисковали своими жизнями

революционной борьбе. Однако тогда еще не пришло время на­ падок на «простых феминисток» - это случится позднее. На са­ мом деле и феминистки иногда занимались политической дея­ тельностью, связанной с риском, чего западный феминизм XIX в. практически не знал. Например, Философова устраивала благотво­ рительные вечера в поддержку политических заключенных, органи­ зовывала фонды помощи подпольным группам, связанным с «Зем­ лей и волей», и даже имела смелость отдать генеральскую шинель своего мужа одному ссыльному, отправляемому в Сибирь. Ее дея­ тельность вызвала недовольство царя, и Философова за это и дру­ гие проявления нелояльности была вынуждена покинуть страну (1879-1881). Но при этом Анну Философову нельзя считать ни «красной», ни даже «Мадам Роланд», как Дмитрий Толстой имел обыкновение ее называть. Между феминистками и женщинами, вовлеченными в революционное движение, существовало мало связей, но и еще меньше враждебности. Придерживаясь позиции, отражающей уже знакомую pas d’enemies д gauche\ феминистки, ка­ залось, как писал Кропоткин, говорили: «Мы будем носить наши бархатные платья и шиньоны, потому что мы вынуждены иметь дело с глупцами, которые видят в бархатном платье и шиньоне сим­ волы «политической надежности», но вы, молодые революционер­ ки, оставайтесь свободными в ваших вкусах и пристрастиях»2.

Величайшей и, возможно, единственной существенной побе­ дой русских феминисток тех лет было получение доступа к выс­ шему образованию. Как и правительство российское в других странах ничего бы не сделало без давления со стороны влиятель­ ных лиц и общественного мнения. Только после известного на­ жима оно нехотя начинало действовать, жалуясь на отсутствие денег для введения подобных новшеств. При этом его деятель­ ность порождала разного рода документы, написанные специфи­ ческим языком и имеющие ограничительные цели. Официальная точка зрения на среднее женское образование была отражена в

pas d’enemies a gauche (фр.) - нет врагов слева. - Прим. пер.

Kropotkin Р.А. Memoirs of a Revolutionist. N.Y., 1962. P. 174; Сборник памятиАнны Павловны Философовой: В 2 т. Пг., 1915. Т. 2. С. 326-329; Книжник-Вет­ ров И.С. Русские деятельницы Первого Интернационала и Парижской Комму­ны. М., 1964. С. 211-212; Санкт-Петербургские высшие женские (бестужевские) курсы (1876-1918): Сборник статей / Под ред. С.Н.Валка. Л., 1965. С. 168. Дан­ ные о нелегальных контактах Философовой см.: Архив «Земли и Воли» и «На­ родной Воли» / Под ред. С.Н.Валка. М., 1930. С. 215,216, 221.


124

Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 73 страница - №1 - открытая онлайн библиотека

докладе правительственной комиссии, «Правильное женское об­ разование, - провозглашалось в нем, - должно ограничиваться такими предметами, которые бы не отклоняли учениц от главно­ го назначения и не приводили бы к излишнему напряжению од­ них умственных сил, в ущерб более важного для общественного благоденствия сохранения тех женственных качеств, которые должны украшать скромный семейный очаг»1. Такой общий курс, хотя и не навязываемый напрямую, был серьезным препятствием для усилий феминисток в продвижении женского образования. К тому же, царская администрация, такая же непоследовательная, как и большинство правительств, никак не могла решить для себя, является ли высшее образование стимулом или сдерживаю­ щим фактором женского радикализма.


Прочитайте также: