Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 18 страница

Все это служило основанием для всеобщего убеждения, что в отличие от мужчины женщина должна меньше делать, занимать более низкое положение и получать меньше (например, по на­ следству). Поэтому бояре, купцы и крестьяне относились к сво­

� Шульгин В. О состоянии женщин в России до Петра Великого: Историческоеисследование. Киев, 1850. С. 4-7; Щепкина Е.Н. Из истории женской личности в России. СПб., 1914. С. 17-27; Claus C. Die Stellung der russischen Frau von der Einfbhring des Christentums bei den Russen bis zu den Reformen Peter des Grossen. Munich, 1959. S. 53-54; Grimal P. Histoire mondiale de la femme: In 4 vols. Paris, 1965-1967. Vol. III. Ch. 2 (Gieysztor A. ‘La femme dans la civilisation des peuples slaves’). P. 11-43.

2 О «тереме» см.: The Cambridge Medieval History, IV., The Byzantine Empire, pt. II. P. 88-91; Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка, 3-е изд. Т. 4. СПб., 1903-1909. С. 751-752; Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского язы­ ка: В 4 т. М., 1934-1940. Т. 4. С. 688.

36

Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 18 страница - №1 - открытая онлайн библиотека им женам не иначе как к производительницам потомства или самкам, которые должны удовлетворять их сексуальные потреб­ности в любое время. И не удивительно, что женщины, постав­ ленные в такие условия, начинали вести себя так же распущенно, как и мужчины.

Было бы неверно датировать возникновение «женского во­ проса» временем Петровских реформ, но несомненно, что его по­ явление стало бы невозможным без заложенной ими социальной базы. Во многом это было заимствованием из европейской куль­ туры и традиций, каким бы поверхностным и эклектичным не было это заимствование, и какой бы узкой не была его социаль­ ная база, состоящая из тонкой прослойки образованных и куль­ турных русских мужчин и женщин. Последующее развитие жен­ ского самосознания и мужского представления о женщине на­ прямую было связано с характером и масштабом заимствованной европейской «культуры». Менее чем за сто лет забитая затворни­ ца, считавшаяся всего лишь движимым имуществом, преврати­ лась в коммуникабельную, хорошо воспитанную, уважаемую и благородную русскую даму; а еще через полвека подверглось пе­ ресмотру само представление о несовершенстве женщины во всем, кроме морали.


Прочитайте также: