Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 128 страница

Фигнер В.Н. Запечатленный труд: Воспоминания. Т. 1. С. 175-360; Deutsch L. Sixteen Years in Siberia. N.Y., 1905. P. 117. Александр III цит. по: Поэты-демокра­ ты 1870-1880-x годов / Под ред. А.М.Бихтера. М.-Л., 1962. С. 468.

209

Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 128 страница - №1 - открытая онлайн библиотека

тяжелее, тем больше революционный террор приводил ее в эк­ зальтацию»1.

Более сложными были взгляды на террор Софьи Перовской. Ее ненависть к правительству компенсировалась ее любовью к народу. Эта ненависть еще более усилилась после ареста ее това­ рищей. Как и Фигнер, она долгое время противилась террору и пыталась уладить разногласия в «Земле и воле». Но в конце кон­ цов примкнув к «Народной воле», она не только стала оправды­ вать террор, но и активно прибегать к нему, как к акту мести. По­ нятие «месть» употребляется здесь не случайно, хотя Перовская когда-то и отрицала роль мести как мотива деятельности партии: «Месть есть дело личное, объяснить ею можно было бы, да и то, с некоторою натяжкою, лишь террористические акты, совершае­ мые по своему собственному побуждению и инициативе отдель­ ными лицами, а не организованной партией. Но таких актов, кро­ ме случаев самообороны, наша революционная история почти не знает... Около знамени мести невозможно было бы собрать поли­ тическую партию, и тем более привлечь к ней те общественные симпатии, которыми она, несомненно, пользуется. Первый гря­ нувший выстрел, - выстрел Засулич, - был не местью, а возмез­ дием за поруганное человеческое достоинство». Даже понятие «возмездие», объясняла она, недостаточно для оправдания терро­ ра, так как он служит в основном для запугивания и дезорганиза­ ции правительства, которое в свою очередь не оставяет револю­ ционерам других способов действия. Все это было сказано незадолго до убийства царя. Кроме того, перед своей казнью она сказала брату, что для нее террор «был просто делом мести за смерть близких»2.

Личность Перовской пленяет своей загадочностью. Предвзя­ тые источники рисуют ее как человека равнодушного, скрытного, упрямого, грубого, презрительного по отношению к мужчинам, бессердечного, злого и жестокого3. Фигнер, Степняк и другие противопоставляли этой характеристике ее материнскую неж-

Фигнер В.Н. Запечатленный труд: Воспоминания. Т. 1. С. 268, 285.

Ашегиов Н. Указ. соч. С. 88-89; Из воспоминаний брата С.Л.Перовской / / Го­ лос минувшего. 1925. X. С. 207.

Хроника социалистического движения в России, 1878-1887: Официальный отчет. М., 1906. С. 169-171. Данный отчет представляет собой яркое, детальное антиреволюционное свидетельство о движении, первоначально опубликованное на французском языке. Возможно, что автор, который описывал Перовскую, либо знал ее лично, либо общался со знавшими ее людьми; однако любое подо­ бие объективности страдает от его грубых замечаний по поводу внешнего вида Перовской и его антисемитского описания Геси Гельфман.


Прочитайте также: