Это была первая битва, в которой участвовали смертные люди. 11 страница

Шумерские источники утверждают, что на нашей планете существовали как сельские поселения – жители в них занимались скотоводством и земледелием, – так и города, прежде чем их смыло с лица земли Всемирным потопом. В Книге бытия сообщается, что сын Адама и Евы Каин «был земледелец», а его брат Авель «пастырь овец». Затем, после того, как Каин был отправлен в изгнание «от лика Господня» за убийство Авеля, возникли первые города – поселения людей. «В земле Нод, на восток от Едема» у Каина родился сын Енох, и отец построил город и назвал его в честь сына. Затем в повествовании Ветхого Завета теряется интерес к Каину и рассказ обращается к представителю четвёртого после Еноха поколения его потомков, Ламеху.

И взял себе Ламех две жены:

имя одной: Ада, и имя второй: Цилла.

Ада родила Иавала: он был отец живущих

в шатрах со стадами. Имя брату его Иувал:

он был отец всех играющих на гуслях и свирели.

Цилла также родила Тувалкаина, который был ковачом

всех орудий из меди и железа.

В апокрифической «Книге Юбилеев», которая, как полагают учёные, была составлена во втором веке до нашей эры на основе более древних источников, содержатся дополнительные сведения о Каине: «Каин взял себе свою сестру Аван в жёны, и она родила ему Еноха в коние четвёртого юбилея. И в первый год первой седмины пятого юбилея были построены дома на земле, и Каин построил город и назвал его по имени сына своего Енох». Откуда же взялась эта информация?

Долгое время считалось, что у этой части Книги Бытия нет аналогов или параллелей в месопотамских мифах. Но нам удалось выяснить, что это не совсем так.

Во‑первых, мы обнаружили хранящуюся в Британском музее вавилонскую глиняную табличку (кат. № 74329, рис. 31), содержавшую, как было указано в каталоге, «неизвестный миф». Однако на самом деле это была вавилонская/ассирийская версия шумерской родословной потомков Каина, записанная ещё за 2000 лет до нашей эры!

Скопированный А. Р. Миллардом и переведённый У. Дж. Ламбертом («Kadmos», том VI) текст повествует о происхождении племени землепашцев, то есть библейских «земледельцев». Эти люди назывались амаканду – «скитающиеся в печали», что перекликается с проклятием Каина: «… и ныне проклят ты от земли, которая отверзла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей… ты будешь изгнанником и скитальцем на земле». Но самое примечательно, что вождя этих месопотамских изгнанников звали Каин! Точно так же, как в библейской истории.

Он построил в Дунну город с двумя башнями. Каин назначил себя правителем города.

Стоит обратить внимание на название этого места. Дело в том, что в шумерском языке допустимо менять порядок слогов в слове, и при этом смысл слова не меняется. Поэтому название «Дунну» можно произнести как НУ.ДУН – очень похоже на библейскую страну Нод, место ссылки Каина. Переводится шумерское название города как «выкопанное место отдыха», что вызывает ассоциации с библейской интерпретацией имени города как «Основание».

Это была первая битва, в которой участвовали смертные люди. 11 страница - №1 - открытая онлайн библиотека

Рис. 31

После смерти (или убийства) Каина «он был похоронен в городе Дунну, который он любил». В месопотамском тексте, как и в Библии, рассказывается история четырёх следующих поколений потомков Каина: братья женились на сёстрах и убивали родителей, захватывая власть в Дунну, а также основывали новые поселения, последнее из которых получило название Шупат («Праведность»).

Второй источник, указывающий на месопотамское происхождение легенды об Адаме и его сыне Каине, – это ассирийские тексты. Так, например, в ассирийском «Царском списке» говорится, что в древности, когда предки ассирийцев жили в шалашах – это определение заимствовано Библией в отношении рода Каина – их патриарха звали Адаму, что совпадает с библейским именем первого человека.

Среди традиционных ассирийских эпонимов царских имён встречается сочетание Ашур‑бел‑Ка‑ини («Ашур, господин народа Каина»), причём ассирийские писцы отождествляли его с шумерским АШУР‑ИН.ДУНИ («Ашур, господин Дуни»). Таким образом, «народ Каина» (Ка‑ини) и «народ Дунна» (Дуни) – это одни и те же люди, что подтверждает библейскую легенду о Каине и земле Нод, или Дун.

Адам жил сто тридцать лет и родил (сына) по подобию

своему, по образу своему, и нарёк ему имя: Сиф.

Дней Адама по рождении им Сифа было восемьсот лет, и

родил он сынов и дочерей.

Всех же дней жизни Адамовой было девятьсот тридцать

лет; и он умер.

Сиф жил сто пять лет и родил Еноса.

По рождении Еноса Сиф жил восемьсот семь лет

и родил сынов и дочерей.

Всех же дней Сифовых было девятьсот двенадцать лет; и он умер.

Обращает на себя внимание имя следующего патриарха, первенца Сифа Еноса, которое переводится с древнееврейского как «человеческое существо, смертный». Совершенно очевидно, что Ветхий Завет считает его основателем рода человеческого. В Библии утверждается, что именно при нём «начали призывать имя Господа».

Некоторые шумерские тексты позволяют пролить свет на этот интригующий аспект. Из сохранившихся фрагментов «Мифа об Адапе» мы узнаем, что Адапа был «доведён до совершенства» Энки, который считал его сыном и жил в столице Энки Эриду. Поэтому вполне логичной выглядит гипотеза Уильяма Халло («Antediluvian Cities»), предположившего, что имя правнука Еноса Иареда означает «родом из Эриду». Ответ напрашивается сам собой: Библия теряет интерес к проклятому семени Каина и все своё внимание переключает на патриархов из рода Адама, которые остались в Эдеме – южной части Месопотамии – где появилась первая каста священников.

Через четыре поколения после Еноса родился патриарх Енох, имя которого, по мнению учёных, происходит от древнееврейского слова «учить, обучать». В Ветхом Завете о нём сказано лишь: «И ходил Енох перед Богом». Кроме того, он не умер, а его «не стало», потому что «Бог взял его». История, которой в Книге Бытия (5:24) посвящена одна‑единст‑венная строчка, подробно рассказывается в апокрифической «Книге Еноха». Во время первого визита патриарха на небеса ангелы обучали его различным наукам, а также моральным принципам. Вернувшись на землю, Енох передал знания и заветы Господа сыновьям и вновь вознёсся на небо, чтобы уже навсегда остаться с нефилим («те, кто спустились на землю») в их Небесной обители.

В шумерском Царском списке рассказывается о правлении царя‑жреца Энмедуранки в городе Сиппаре, где в те времена находился космопорт, которым управлял Уту/Ша‑маш. Имя царя, которое переводится как «Священный господин Дур‑ан‑ки», указывает на то, что он обучался в Нип‑пуре. В малоизвестной глиняной табличке, текст которой опубликовал У. Дж. Ламберт («Enmeduranki and Related Material»), сообщается следующее:

Энмедуранки, правитель Сиппара,

(был) любимцем Ану, Энлила и Эа.

В Ярком Храме Шамаш назначил его (жрецом).

Шамаш и Адад (взяли его) на собрание (богов)…

Ему открыли, как наблюдать за водой и маслом,

(открыли) тайну Ану, Энлила и Энки.

Они передали ему Божественную Табличку

(с выгравированными?) тайнами Небес и Земли

Они научили его делать вычисления с помощью цифр.

Когда обучение Энмедуранки тайнам божественной науки было завершено, он вернулся в Шумер. «К нему были созваны люди Ниппура, Сиппара и Вавилона». Он рассказал им обо всём, что с ним произошло, в том числе и о принятии им священного сана. По велению богов сан должен был передаваться от отца к сыну: «Мудрый учёный муж, охраняющий тайны великих богов, свяжет своего любимого сына клятвой перед Шамашем и Ададом. Перед Божественной Табличкой со стилом в руке он раскроет ему тайны богов».

На глиняной табличке с древним текстом имеется постскриптум: «Так была создана линия жрецов, тех, кому разрешается приближаться к Шамашу и Ададу».

В эпоху четвёртого поколения людей после Еноха на нашу планету и её обитателей обрушились неисчислимые бедствия, вызванные наступлением нового ледникового периода. Месопотамские тексты подробно описывают страдания человечества – стихийные бедствия, голод и даже каннибализм. В Книге Бытия также содержится намёк на эти несчастья, поскольку библейский патриарх Ламех назвал своего сына Ноем (что в переводе означает «передышка»), сказав: «Он утешит нас в работе нашей и в трудах рук наших при (возделывании) земли, которую проклял Господь». В Библии не содержится практически никаких сведений о Ное, за исключением того, что он «был человек праведный и непорочный в роде своём». Месопотамские тексты сообщают нам, что герой Великого потопа жил в городе Шуруппаке, медицинском центре, которым управляла богиня Суд.

В шумерских источниках говорится, что, когда страдания людей стали невыносимыми, Энки предложил принять меры, чтобы облегчить положение человечества, но Энлиль яростно воспротивился. Больше всего Энлиль возмушался все возрастающим количеством любовных связей молодых аннунаков мужского пола с «дочерьми человеческими». Книга Бытия описывает эту ситуацию следующим образом:

Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божий увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали (их) себе в жёны, какую кто избрал.

«Табличка с мифом» (CBS‑14061), о которой сообщает И. Шиера («Sumerian religious Texts»), повествует именно об этих незапамятных временах и молодом боге по имени Марту, который жаловался, что вынужден просить разрешения, чтобы жениться на смертной женшине. Это было, как сказано в тексте, когда

Город Ни‑аб существовал, а Шид‑таб нет; Священная тиара существовала, а священная корона нет… Мужчины и женщины сожительствовали… И рождались дети.

Далее в тексте говорится, что город Ни‑аб располагался в «обитаемой Великой Земле». Его верховный жрец был искусным музыкантом, и у него были жена и дочь. Однажды, когда люди собрались для жертвоприношения богам и начали жарить на костре мясо жертвенных животных, Марту увидел дочь жреца и влюбился в неё. Он жалуется матери, что все его друзья и знакомые в городе женаты и лишь один он одинок и не имеет супруги и детей. Поинтересовавшись, благосклонно ли девушка восприняла интерес Марту, богиня дала своё согласие на брак. Затем другие молодые боги приготовили свадебный пир. Объявление о свадьбе сопровождалось ударами в медный гонт и звуками семи тамбуринов.

Такие тесные взаимоотношения между молодыми астронавтами и потомками «примитивного рабочего» не понравились Энлилю. В одном из шумерских текстов говорится, что «страна разрослась, расплодились люди», и Энлиля стал «донимать» шум, который производил человек, а также его одержимость сексом. «И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил».

Из древних мифов мы узнаем, что аннунаки, приняв решение рыть глубокие шахты в Абзу, также основали научную станцию наблюдения на южной оконечности Африки. Руководила этой станцией Эрешкигаль, внучка Энлиля. Шумерский эпос рассказывает о полном опасностей путешествии Энки и Эрешкигаль к далёкой горе Кур, причём в этом путешествии Энки похитил или насильно удерживал богиню.

(Другие легенды рассказывают о нападении на научную станцию Нергала одного из сыновей Энки. Причиной конфликта стало оскорбление, нанесённое юному богу посланником Эрешкигаль. В последний момент Эрешкигаль спаслась, предложив Нергалу жениться на ней и совместно владеть «таблицами мудрости», которые хранились на станции.)

Когда расположенная на южной оконечности Африки научная станция сообщила о грозящей планете опасности – антарктический ледяной щит стал нестабилен и плавал на прослойке из ледяной крошки и грязи, – Энлиль увидел в этом возможность избавиться от человечества. Опасность усиливалась тем, что в этот период Нибиру как раз приближалась к Земле, и гравитационное поле гигантской планеты могло нарушить хрупкое равновесие, столкнув антарктические льды в океан. Если это произойдёт, огромная волна затопит всю планету.

После того как игиги, которые несли вахту на орбитальной станции, подтвердили реальность угрозы, аннунаки начали собираться поблизости от космопорта в Сиппаре. Однако Энлиль настоял, чтобы скрыть от людей информацию о грядущем потопе. На специальном собрании Совета Богов он заставил всех аннунаков, и особенно Энки, дать клятву о неразглашении тайны.

Последняя часть «Мифа об Атрахасисе», значительная часть «Эпоса о Гильгамеше» и другие месопотамские тексты подробно описывают последовавшие события – как Энлиль использовал Великий потоп, чтобы уничтожить человечество, и как Энки, пойдя наперекор решению Совета Богов, ухитрился спасти своего преданного сторонника Зиусудру (Ноя), объяснив ему, как построить подводный корабль, способный выдержать напор огромной волны.

Сами аннунаки по сигналу поднялись в небо на своих ру‑куб илани («колесницах богов»), или ракетах, «от взгляда которых горела земля». С орбиты они наблюдали за массовой гибелью людей во время потопа. Гигантская волна буквально опустошила планету: А.МА.РУ БАР.УР РА.ТА – «Поднялись воды, и потоп вышел». Богиня Суд, создавшая человека вместе с Энки, горько рыдала: «Иштар кричит, как в муках родов… аннунакийские боги с нею плачут». Огромные волны прокатились по земле, смыв плодородный слой почвы и оставив после себя лишь слой грязи: «Там, где прошёл потоп войною, все уничтожил, превратил в глину».

В книге «Двенадцатая планета» мы обосновываем свой вывод о том, что Великий потоп, ставший причиной окончания Ледникового периода, случился около 13 тысяч лет назад.

Когда воды Всемирного потопа стали отступать и почва немного просохла, аннунаки приземлились на горе Низир («Горе Спасения») – горе Арарат. Туда же прибыл и корабль Зиусудры/Ноя, которым управлял кормчий, предоставленный Энки. Энлиль пришёл в ярость, увидев, что «семя человеческое» не погибло, но Энки убедил его сменить гнев на милость – боги, сказал он, не могут больше жить на Земле без помощи людей. «И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте земпю».

Ветхий Завет все внимание уделяет Ною и его семье, и там мы не находим упоминаний о других пассажирах Ковчега. Однако в более подробных месопотамских текстах говорится о кормчем построенного Зиусудрой корабля, а также о том, что в последний момент на его борт поднялись друзья и помощники Зиусудры – вместе с семьями. Греческая версия мифа о Потопе в изложении Бероса утверждает, что после Потопа Зиусудру и кормчего взяли к себе боги, а остальные люди были вынуждены самостоятельно искать дорогу в Месопотамию.

Главная трудность, с которой столкнулись все, кто пережил Потоп, это отсутствие пищи. Ною и его сыновьям Господь сказал: «…все звери земные, и все птицы небесные, всё, что движется на земле, и все рыбы морские: в ваши руки отданы они; все движущееся, что живёт, будет вам в пищу». И далее следовало важное дополнение: «…как зелень травную даю вам все».

Эта строчка из Книги Бытия (9:3), которая обычно не привлекает к себе внимания, имеет отношение к зарождению сельского хозяйства. В шумерских же текстах этой теме уделяется гораздо больше внимания. Учёные пришли к выводу, что сельское хозяйство возникло в пределах так называемого «плодородного полумесяца» (Месопотамия, Сирия, Израиль), но они не могут объяснить, почему это произошло в горной местности, а не в долинах, где возделывать землю гораздо легче. Исследователи также установили, что люди начали выращивать «дикорастущих предков» пшеницы и ячменя примерно 12 тысяч лет назад, но их приводит в недоумение генетическая идентичность этих первых зерновых культур, а также ботанико‑генетический феномен, когда за короткое время – каких‑то 2000 лет – у дикой пшеницы двузернянки количество пар хромосом увеличилось в два, три и четыре раза, в результате чего появились окультуренные пшеница и ячмень, которые обладают уникальной пищевой ценностью и способны расти практически везде, давая по два урожая в год.

Не меньшее удивление вызывает внезапность появления разных видов овощей и фруктов из одного и того же региона примерно в одно и то же время, а также одомашнивание животных, в первую очередь овец и коз, дававших мясо, молоко и шерсть.

Но как и когда всё это произошло? Современные учёные не могут дать ответа на этот вопрос, но шумерские тексты рассказывали об этом ещё несколько тысяч лет назад. Как и Библия, они свидетельствуют о том, что сельское хозяйство начало развиваться после Великого потопа, когда (как сказано в Книге Бытия) «Ной начал возделывать землю». Кроме того, в Библии говорится, что возделывание земли (Каином) и одомашнивание животных (Авелем) началось задолго до Потопа, и это подтверждается шумерскими хрониками, повествующими о том, что растениеводство и животноводство зародились ещё в доисторические времена.

В одном из шумерских текстов, получивших название «Миф о скоте и хлебе», говорится о том, что, когда аннунаки впервые высадились на Землю, на планете ещё не существовало окультуренных растений и домашних животных:

Когда с высот Небес на Землю

велению Ану послушные, спустились аннунаки,

земля ещё не приносила хлеба

и не родила…

И не было овец,

и не рождён ещё ягнёнок был;

и не было козы,

чтоб принесла козлёнка.

Ещё ягнят не порождали овцы,

и у козы козлят на свет не появлялось.

Ещё не пряли (шерсть),

ещё не знали ремесла того.

Затем в «Комнате Творения», то есть в генетической лаборатории аннунаков были «сделаны прекрасные видом» Лахар («скот, дающий шерсть») и Аншан («зерно»).

В те дни в Комнате Творения богов,

в Изготовлений Доме, в Кургане Чистом,

Лахар прекрасный видом был сделан и Аншан.

Обитель пищей для богов наполнилась.

Числом умножились Лахар и Аншан,

от них питались аннунаки в Кургане Чистом –

но не насыщались.

И жирное пьют молоко овец те аннунаки, что


Прочитайте также: