ШАЙЛЕР ВАН АЛЕН И ВРАТА ОБЕТОВАНИЯ 10 страница

«Доктрина региса: регис, или регент, должен принять все меры предосторожности, дабы обеспечить безопасность клана всеми необходимыми средствами».

Это навело Мими на мысль. Пользуясь властью, которую ей давала доктрина региса, она могла снять охранные заклинания. И как только она не подумала об этом раньше? Это же так просто! Похитители Виктории скрывали ее физическое местонахождение, затуманивая ее излучение в гломе. Но если снять защитные заклинания, каждый из Голубой крови станет виден в мире духов. Это перекроет все наложенные на Викторию маскирующие заклинания, и венаторы смогут отыскать ее через глом.

Но в этом был риск. Защитные заклинания, что оберегали клан, скрывали их бессмертные души в гломе и хранили сангре азул от множества опасностей сумеречного мира. Без этой охраны вампиры практически становились Красной кровью. Но Мими подумала, что это можно сделать всего лишь на краткий миг - открыть и закрыть, в мгновение ока. Она все восстановит в ту же секунду, как только они вернут Викторию.

Она должна была попытаться. Если венаторы не добьются успеха, она снимет защиту. Мими надеялась, что до этого не дойдет, но если придется, будет к этому готова. Она не позволит сжечь Викторию.

И все же, даже невзирая на нависшую опасность, жизнь Мими продолжалась. Особенно светская. Ей нельзя было слишком часто пропускать общественные мероприятия. В клане пойдут разговоры, потом начнется беспокойство, потом паника, а этого она не могла допустить. Достаточно было уже тех сплетен и волнения, которые вызвали события месячной давности. Мими нужно было успокоить свои войска, показать им, что тревожиться не о чем. Они по-прежнему оставались Голубой кровью, просвещенными, благословенными и проклятыми.

На сегодня было намечено открытие оперного сезона в Линкольн-центре, и от Мими ждали, что она будет там присутствовать. Мими выключила компьютер. Надо зайти домой переодеться. В прежней жизни она наслаждалась бы возможностью надеть новое дорогое платье и продемонстрировать драгоценности, но теперь ощущала лишь бремя долга. Мими хотела разыскивать Викторию, в Хранилище вместе с Оливером или в гломе с венаторами. А не торчать на каком-то дурацком светском празднестве.

После поездки в дом крови Мими решила следовать правилам Комитета, предписывающим заботиться о людях-фамильярах. Она отыскала своего первого фамильяра, Скотта Кэдвелла, ныне студента последнего курса Нью-Йоркского университета. Он помнил их роман так живо, словно тот произошел вчера, и был просто счастлив сопровождать Мими на концерт. Скотт был именно таким парнем, какие нравились Мими в качестве фамильяров, красивым и глупым, и Мими могла только надеяться, что его полная неспособность справиться с собственными эмоциями не приведет его в конце концов в дом крови. Он определенно выглядел вполне податливым, а в смокинге смотрелся потрясающе.

Они вошли в зал, уже слегка опоздав. Мими подобрала шлейф своего бального платья, чтобы Скотт на него не наступил. Она помахала замеченным знакомым, дону Алехандро и Даниэле Кастанеда недавно заключившим узы, - они прилетели сюда из Лондона. А вон там сидит Маффи Астор Картер, невозмутимая в своем багряном шелковом платье. Хелен Арчибальд, жена старейшины Совета Джосаи Арчибальда и одна из старших матрон клана, пристала к Мими, пока та шла к рампе.

- Маделайн, я видела Тейлоров вчера на балете. Гертруда выглядит просто кошмарно. Она мне не сказала, но я слышала, что случилось нечто ужасное, что-то связанное с тем чудовищным роликом, который мне показал сын. Что происходит, я тебя спрашиваю?

Венаторы предупреждали Мими, что даже после того, как конспираторы нейтрализовали угрозу разоблачения, которую нес в себе этот ролик, продолжали распространяться слухи о том, что за всем этим стоит Серебряная кровь, и это очень пугало старые семейства.

- Все поп контролем, - успокаивающе произнесла Мими. - Конспираторы приняли меры. Дурацкие шуточки молодежи. Просто несколько младших членов Комитета решили блеснуть креативностью.

- Ну, после того, что произошло на твоем заключении уз, возможно, нам стоило бы подумать о рассеянии клана. Быть может, это было бы безопаснее для нас... мы перестали бы быть мишенью... как прежде.

- Вы хотите снова загнать нас в укрытие? - огрызнулась Мими. - Не знаю, как вам, а мне больше нравится жить на поверхности!

После происшествия во время заключения уз по сообществу поползли шепотки насчет того, что, быть может, пришло время распустить Комитет и уйти под землю. Мими отвергла эту идею как паникерскую. Она не имела ни малейшего желания возобновлять темные века и была в ужасе от того, что эта идея вообще всплыла.

- Ты говоришь как настоящий темный ангел. Тебя не волнует ничего, кроме собственного комфорта! - насмешливо произнесла Хелен. - Ты поставишь всех нас под удар. Мы этого не потерпим!

Мими была шокирована. Она понимала, что далеко не все в Комитете рады видеть своим регентом Азраил и что многие никогда не простят ей и Аббадону их роли, сыгранной во время мятежа против Всемогущего. Большинство, возможно, до сих пор винили их в своем изгнании. Но чтобы бросить подобное заявление ей в лицо?!

- Прошу прощения,- произнесла Мими и отодвинула Хелен в сторону. Хватит с нее грубостей светских всезнаек!

В зале зазвучали гонги, призывая гостей занять свои места. Мими последовала за Скоттом к дверям, ведущим к первым рядам партера, но тут у нее зазвонил мобильник. Это был Оливер.

- Ну что еще? - раздраженно бросила Мими. - Здесь вот-вот закроют двери в зал, а ты сам знаешь, что в Метрополитен-опера не впускают опоздавших.

- Не волнуйся. Когда ты услышишь то, что я тебе хочу сказать, пропущенный первый акт будет волновать тебя меньше всего.

ГЛАВА 22

КАПУСТА И ВИНОГРАДНЫЕ ЛОЗЫ

- Думаю, мы определили местонахождение Виктории, - мрачно произнес Оливер.

После их поездки в дом крови он получил в Дачезне дозволение пропустить занятия, безвылазно засел в Хранилище, пересматривая записи, и вот в конце концов отыскал зацепку.

- Мэм! Вы к нам присоединяетесь? - нетерпеливо спросил капельдинер, взявшись за створку двери, пока Скотт теребил свои запонки.

- Подожди, - велела Оливеру Мими, прикидывая, не получится ли у нее шепотом вести переговоры по телефону, пока тенор начнет свою арию. Но Тринити слишком хорошо ее воспитала. Мими махнула рукой своему кавалеру. - Иди, мне тут надо разобраться. Встретимся в антракте.

И она пошла прочь от дверей, к фонтану.

- Мы ее нашли? - с надеждой спросила Мими, прижимая телефон к уху.

- Еще нет. Но мы уже в пути.

Мими сердито взглянула на капельдинеров, зашикавших на нее.

- Где?

- Гостиница «Карлайл».

- Встретимся там.

Тротуары перед «Карлайлом» были битком забиты краснокровными. Пробираясь через толпу, Мими успела услышать разговоры о бомбе и об эвакуации. Она показала охранникам свой жетон Совета и вошла в недавно очищенный вестибюль. Оливер стоял среди группы венаторов, проверявших пространство у лифта.

- Извини за «Парсифаля». Это моя любимая опера, - произнес Оливер вместо приветствия.

- Где она?! - рявкнула Мими. Сейчас ей было не до расшаркиваний Оливера.

- Мы полагаем, что в пентхаусе. Его сняли на месяц для какого-то актера, но он был пуст несколько недель, по словам здешнего управляющего.

- Откуда вы знаете, что она здесь?

- Мы не знаем. Только предполагаем. - Оливер нажал кнопку верхнего этажа. - Я знаю, что венаторы сосредоточились на этих кадрах, действующих на подсознание, но я решил, что, может быть, лучше повнимательнее присмотреться к основной части ролика. Я просмотрел его по-кадрово и обнаружил кое-что в тени. Техники по моей просьбе увеличили эту часть кадра.

Он показал Мими картинку на экране своего телефона.

- Ну и что здесь можно увидеть? - поинтересовалась Мими.

Изображение походило на череду загогулин, и ничего волнующего в нем не было. Уж точно не настолько, чтобы эвакуировать постояльцев престижного отеля, испортив им вечер. Венделл Рэндольф, магнат Голубой крови и владелец «Карлайла», будет недоволен - можно даже не сомневаться. Мими увидела, что он уже прислал ей несколько сообщений.

- Это картинка с обоев у нее над головой. Блики получились, когда венаторы подсветили изображение. Это называется «капуста и виноградные лозы». Знаменитый узор Уильяма Морриса - он был снят с производства в восьмидесятые годы девятнадцатого века. Но в тридцатые годы двадцатого века, когда строилась эта гостиница, хозяева заказали той же самой фабрике партию таких обоев. После реконструкции, проведенной в прошлом году, изначальные обои сохранились только в нескольких комнатах. Две мы уже проверили. Эта - последняя.

- Мы здесь из-за обоев? - переспросила Мими. - Вы эвакуировали целую гостиницу, использовав массовое принуждение против всей этой Красной крови, из-за каких-то обоев?

Она изо всех сил старалась сдержать эмоции.

- Это все, что у нас есть, - извиняющимся тоном произнес Оливер. - Ты сказала, что никто не умрет, пока ты на посту. Мы должны испробовать все.

Дверь лифта отворилась, и Мими увидела Сэма с Тэдом, занявших позицию перед дверью номера люкс. Остальные члены команды разместились в коридоре.

- Даешь добро? - спросил Тэд.

Мими не знала, что и сказать. До сих пор они действовали, не советуясь с ней, - с чего вдруг им потребовалось придерживаться протокола теперь? Отступать уже поздно. Возможно, это было простой любезностью - раз уж она тут появилась. Это все же лучше, чем грубость Хелен Арчибальд. Надо потакать своим венаторам. Мими кивнула.

- Даю. Вперед.

Ударная группа ворвалась в номер, заполонив пространство, со взрывами гломовых гранат, со сверкающими мечами наголо.

В кресле сидела привязанная девушка.

Увы, это была не Виктория.

Они захватили врасплох актера, кинозвезду, который вернулся сюда накануне вечером со своей новой подружкой. При виде одетых в черное, вооруженных венаторов он уронил двухквартовую бутылку шампанского и грохнулся в обморок.

ГЛАВА 23

ПАБ

После провала налета на « Карлайл» - вину за каковой Мими тут же возложила на плечи Оливера, чтобы предотвратить критику ее венаторов, - она на следующий вечер встретилась с братьями Леннокс в их излюбленном пабе. Ночь была темной. До появления в небе молодой луны оставалось меньше двадцати четырех часов. Время на исходе. Мими знала, что ребята не оценят того, что она собиралась им сказать, но у нее не было выбора. Она - регент, и это ее долг. Она не собиралась терять никого из своих. Она надеялась, что у Ленноксов есть для нее хорошие новости.

В этом пабе нелегально торговали спиртным во времена сухого закона, когда Голубая кровь была единственным поставщиком алкоголя во всем городе. Здесь сохранились изначальные двустворчатые двери, замочная скважина, в которую можно было заглядывать, древесные опилки на полу, скамьи из сучковатых сосновых досок, расписанных именами друзей и врагов.

Венаторы всех типов - жизнерадостные ветераны с потертыми лицами и сигаретами в углу рта и поджарые новые рекруты, явившиеся прямиком из Лэнгли (ЦРУ было создано венатором, и изначально тренировочный центр Голубой крови располагался в том же городе штата Виргиния), - теснились за столиками бок о бок с эксцентричными студентами Нью-Йоркского университета, забредшими сюда и понятия не имеющими, что сидят в окружении вампирской тайной полиции. Здесь имелись бильярдный стол, мишень для игры в дротики и доска за стойкой бара, на которой мелом писались результаты раундов.

Мими отыскала Сэма в дальней кабинке, в окружении пустых бутылок, и уселась напротив него.

- Моя очередь! - объявил Тэд, принеся три пинты темного горького эля, дополненного сверху золотым лагером.

Они это называли «Черный с рыжим». Мими обычно не нравился вкус пива - она предпочитала мартини или вино, - но она также не любила устраивать суматоху. Она попробовала напиток. А вообще-то не так уж и плохо. Не так пикантно, как кровь... Она вспомнила вкус крови Кингсли, сладкий и острый. У Мими перехватило горло, а на глаза навернулись слезы, и на мгновение ей показалось, что сейчас она расплачется. Но все-таки она удержалась.

- Во-первых, не наезжай ты на этого проводника. Хазард-Перри хотел как лучше, - сказал Сэм. - Гипотеза была не хуже любой другой. Парень не спал несколько дней. Он вкалывал больше всех.

- Возможно, но этот выскочка, Венделл Рэндольф, требует, чтобы я освободила должность «за злоупотребление полицейскими силами». Он заявил, что на следующем совещании потребует белого голосования.

- Не потребует. Он просто спускает пар, - отмахнулся Тэд. - У них нет никакой альтернативы, кроме тебя, и они все это знают.

- Возможно. Слушайте, ребята, мне трудно это говорить... - Мими глубоко вздохнула. - Я понимаю, что всю последнюю неделю мы работали с полной отдачей, и я ценю ваши старания, но у меня нет другого выбора: если мы не найдем Викторию сегодня ночью, я сниму защитные заклинания. Я не хочу этого, но это единственное, что мне осталось. Я не могу допустить, чтобы Викторию сожгли, ни в онлайне, ни как-либо иначе... По крайней мере, со снятыми защитными заклинаниями мы точно узнаем, где она, и сможем вытащить ее оттуда.

- Венаторы встретили эту новость кислыми минами.

Это огромный риск. Ты же понимаешь: если Серебряная кровь выкинет какой-нибудь фокус в это же время, мы окажемся легкой добычей, - предупредил Тэд.

- Я понимаю масштабы риска. - Мими вскинула руки. - Но что еще мне остается?

- Чарльз никогда бы этого не позволил, - заметил Сэм. - Даже во время тех убийств, - добавил он, имея в виду события двухлетней давности, когда несколько подростков Голубой крови были выпиты досуха.

- Чарльз допустил смерть шестерых бессмертных, - отозвалась Мими. - А Лоуренс потерял почти весь Совет в Рио. Нет. Я приняла решение. Если мы не найдем Викторию до полуночи, я так и сделаю.

Сэм откинулся на спинку стула и заложил руки за голову. В морщинах на лице венатора отразились все годы жизни бессмертного.

- Но разве ты не должна для этого получить одобрение всего Совета?

- Во время войны - нет. Только не тогда, когда действует доктрина региса, - ответила Мими с легким самодовольством. «Как насчет заглянуть в кодекс?» - подумала она. - И, джентльмены, если вам все еще не ясно, позвольте напомнить, что мы находимся в состоянии войны. И я не допущу, чтобы наши органы безопасности увязли в бессмысленных бюрократических проволочках.

Тэд с Сэмом переглянулись, и Сэм пожал плечами.

- Ну, тогда ладно. Как ты сказала, это твой долг, мэм. Но дай нам все время до последней минуты, прежде чем ты нажмешь на спусковой крючок. Мы хотим, чтобы кто-нибудь до упора работал над этим маскирующим заклятием. Мы найдем ее. Ты помнишь, что случилось, когда регис в прошлый раз снял охранные заклинания.

На самом деле Мими не помнила, но признаваться в этом не собиралась, особенно после того, как объявила им о своем решении. Кроме того, чего он хотел добиться, называя ее «мэм»?

- Ладно. Но ни минуты больше.

- Еще мы хотели тебе кое-что показать, - сообщил Сэм. - Мы получили ответ от Ренфилда. Кстати, а чего с ним такое?

- Он насмотрелся фильмов, отснятых конспираторами, - ухмыльнулась Мими, - В следующий раз вы узнаете, что он собирается начать пахнуть розами.

Сэм фыркнул.

- Он к нам явился с классной вещью. Помнишь те три штуки, которые мы обнаружили в ролике? - Он принялся рисовать на салфетке. - Совокупляющиеся животные. Голова барана. Змея, - Он постучал ручкой по рисунку.

- Угу.

- Историки отыскали кое-что в архивах - вот, взгляни.

Сэм толчком послал к Мими по столу какую-то книгу. Это был старинный том из Хранилища, вероятно, самого начала шестнадцатого века, как предположила Мими по витрувианскому силуэту на корешке. Она почувствовала запах архивной пыли.

Тэд открыл книгу и указал на иллюстрацию на странице слева. Там был изображен символ, разделенный на три части. В первой были два пересекающихся круга, во второй какое-то животное на четырех ногах. Третьим был меч, пронзающий звезду.

- Знак Люцифера, - вздохнула Мими, отодвигая книгу. - Так значит, за всем этим стоит Серебряная кровь. Ну конечно...

- Не совсем, - возразил Сэм. - На самом деле нас беспокоит второй знак.

- А что с ним такое? - Мими, прищурившись, взглянула на картинку. Она изображала какое-то животное с пушистой шкурой... вроде бы... - Это ягненок?

- Да.

Добавлять к этому ничего не требовалось. Мими знала историю не хуже, чем они. Так вот что означали те три изображения в ролике... Это была отсылка к символам данного триглифа: совокупляющиеся животные обозначали союз, голова барана - овцу, а змея была еще одним символом Люцифера. Ягненок символизировал человечество. Красную кровь. Человеческое стадо. Под водительством Люцифера. Символ союза объединял этих двоих в одно целое.

Серебряная кровь в сговоре с... с людьми? Мими замутило. Это не имело смысла. Никакого.

ГЛАВА 24


Прочитайте также: